Страницы

Saturday, December 12, 2015

Туннели страхов и сомнений

Откровенно признаюсь: последние годы, когда много приходится ездить по работе и ночевать где придется (от хорошего номера в отеле до лавки в аэропорту), часто прохожу через туннели страхов и сомнений — от страха в силу различных, не зависящих от меня, обстоятельств оказаться на улице, до страха перед моментальной смертью, когда не будет даже нескольких секунд, чтобы сказать Ему хоть что-то...

Знаю умом, что Он обо всем заботится каждый день. Знаю умом, что воскресну после смерти. Знаю умом, что спасен и спасаюсь, прежде всего, по вере, а не по своим греховным делам, или по тем, которые кажутся лично мне святыми и праведными. Знаю умом, что должен жить идеальной христианской жизнью и быть святым, как свят Он, и поступать свято и безгрешно, как действует Он, и мыслить и говорить свято, как мыслит и говорит свято Он. Особенно хорошо ум это осознает в туннеле страхов и сомнений...

Но вот парадокс: чем старше я становлюсь, чем больше прислушиваюсь к Нему, чем больше читаю Его как Личность, тем меньше вижу в своей личности той святости, которую ожидает Он, тем меньше святости наблюдаю в своих мыслях и словах, тем меньше святости усматриваю в своих мотивах и действиях. Чем ближе я подхожу к Нему, тем больше моя личная праведность кажется мне праведностью орков и гоблинов в глубоком темном туннеле страхов и сомнений...

Временами испытываю непреодолимое желание вывернуться из Его рук и объятий, ведущих меня к Его свету, чтобы избавиться от Его всепроникающего присутствия, чтобы убежать в свои темные туннели, чтобы не ощущать вот этого состояния: все, что я помыслил, сказал или сделал, я должен был помыслить сказать и сделать настолько свято, как Он. Но не помыслил, не сказал, не сделал. Не смог. Мрачный туннель страхов и сомнений манит, как око Саурона: беги, прячься от Него...

В каждой мысли — ошибка. И праведность моя, которая хочет оправдаться перед Ним, сама говорит мне: лучше ни о чем не думай, не напрягайся, займи свой ум чем-нибудь... В каждой словесно выраженной мысли — ошибка. И праведность моя говорит мне: заткни свой поганый рот... В каждом предпринятом действии, независимо от блаженнейших намерений, – ошибка. И праведность моя говорит мне: лучше ничего не предпринимать, сидеть дома, снять с себя ответственность, жалеть себя. Почему ты не можешь жить, как живут другие "нормальные верующие люди"?

Каждый день я снова и снова прохожу через экзистенциальный страх перед старостью (а что будет с моими физическими и умственными способностями?) и перед смертью (а что, если умру внезапно?), все больше проникаясь ощущениями личной физической и умственной ограниченности и смертности ввиду желаний и новых возможностей. Я прохожу через страх перед будущим (в каком мире я проснусь завтра?) и перед собой (чтобы не потерять контроль над своими мыслями и поступками), когда все чаще и чаще хочется остановить эту гонку жизни, отношений, служения, и работы, работы, работы...

А у "нормальных верующих" в ответ на свои страхи я слышу: "Ведь если ты верующий, то у тебя не должно быть страхов и сомнений! Не должно!" После чего идет сеанс асфальтирования цитатами из Библии и императивами в попытке проложить духовный хайвей к "жизни в победе", подсадить на искусственную внушенную (а не приобретенную) суетливую "духовную радость", после которой наступает еще большее эмоциональное истощение. И от такого агрессивного безличностного утешения мне хочется забраться еще глубже в мрачный туннель своих страхов и сомнений. Туда, где нет этой суетливой лицемерной жизнерадостности и куда не достает "служитель-асфальтоукладчик"...

Но именно в такие моменты, находясь в туннелях своих экзистенциальных страхов и сомнений, я слышу, как Он обращается ко мне: «Тарас, войди в лучи Моего света! Твое доверие Мне вменяется в праведность тебе, потому что как только ты начинаешь оправдывать себя по своим или общественным, или церковно-традиционным понятиям, ты перестаешь нуждаться в Моей праведности, поскольку тебя оправдываю не Я, а ты, или общество, или церковная традиция. Твоя праведность, прежде всего, нужна Мне, а не людям. И только Я могу дать тебе такую праведность, которая удовлетворит Меня, праведность, которую Я вменяю тебе, потому что ты доверяешь Мне, праведность, в которую Я одеваю тебя, как Своё дитё, каждое утро, когда обновляется Моя благодать и милость, праведность, которой ты не найдешь ни в себе, ни в обществе, ни в церковной традиции».

И я отвечаю Ему: «Да, я боюсь жизни. Да, я мыслю, говорю и действую с ошибками. Да, я боюсь Твоего присутствия, потому что оно вскрывает еще больше моих недостатков и грехов. Да, я хочу вначале стать праведным и потом придти к Тебе, будучи святым. Да, я хочу прежде очиститься во мраке своего туннеля от своих грехов, страхов и сомнений, чтобы выйти к Тебе чистым. Да, мне хочется перестать думать, говорить и действовать, чтобы не обидеть Тебя своим несовершенством в этом падшем мире. Но я доверяю Тебе! Ты слышишь? Я доверяю! Доверяю настолько, что глубоко верю — даже мои абсолютно несовершенные мысли, слова и действия Ты можешь использовать для Своей славы, научая меня ради Твоего мирного плода праведности, спасая меня по Своей, а не моей праведности, наставляя меня ради Твоей праведности, одевая и охраняя меня Твоею бронею праведности. Это и есть Твоя благодать, которую я не способен заслужить: Ты, идущий искать меня в Саду Эдемском, Ты, идущий мне навстречу, Ты, облекшийся в мое тело, Ты, предлагающий мне Свою праведность, Ты, предлагающий мне Самого Себя через Твое воплощение, через Твою жизнь, через Твои страдания, через Твою смерть, через Твое воскресение, через чаяние Тебя и новой жизни с Тобой, в которой не будет туннелей страхов и сомнений...».

Учусь, хоть и недоумеваю, радоваться во время испытаний, а не после. Учусь не ожидать скорого ответа на молитву. Учусь ждать некоторые ответы годами. Учусь исполняться Духом. Учусь не огорчать Его. Учусь слышать Его веяние каждый день. Учусь преодолевать сомнения, и не только тени сомнения, но иногда и целые длинные туннели страхов и сомнений, когда кажется, что выхода из них нет и не будет. Учусь верить и надеяться, особенно когда отчаиваюсь в некоторых вопросах, которые знаешь только Ты. Учусь вскрывать и преодолевать свои глубинные экзистенциальные страхи поздними вечерами, бессонными ночами, в дороге, в работе, в одиночестве, в непогоду... во враждебном мире... между туннелями страхов и духовными асфальтоукладчиками... Учусь, Иисусе Христе...

И даже тогда, когда я оказываюсь неспособен выйти на Твой свет из своего туннеля страхов и сомнений, войди в него Ты, найди меня, обними меня, выведи меня за руку и введи в свет Твоей любви и праведности... введи меня в Свою радость, в радость моего Господина... Молимся. Солим. Светим...

Я всегда живу меж двух миров

Я всегда живу меж двух миров.
Запад и Восток.
Общество и Церковь.
Украина и Россия.
Восток и закат.
Жизнь и смерть.
Молодые и старцы.
Дети и родители.
Утро и вечер.
Кальвин и Арминий.
Реформация и Возрождение.
Традиция и обновленчество.
Мрак и свет.
Мир и война.
Страдание и блаженство.
Страсть и воздержание.
Рассвет и сумерки.
Жара и холод.
Лето и зима.
Весна и осень.
Дождь и снег.
Бог и человек.
Закон и благодать.
Земля и небо.
...
Я тот, кто живет меж двух миров...
--
12 декабря 2015
#Москва

Saturday, December 5, 2015

Вот так мог выглядеть аэропорт в Ровно

Поскольку мне приходится много летать по работе, и для этого ездить в аэропорт либо Киева, либо Львова... вот так мог выглядеть аэропорт в Ровно, если бы его имущество не распилили, если бы не монополия на авиаперевозки известным нам лицом... Ровенский аэропорт начал работать летом 1945 года, сразу же после войны, когда военный аэродром был переквалифицирован в гражданский. В 1962 г. был построен первый аэровокзал, а в 1977 г. -- тот, что стоит и поныне. В 1992 г. аэропорт получил статус "международного". Взлетно-посадочная  полоса размером 2626х42 м. является одной из лучших в Украине... А пока что завтра снова придется ехать в Борисполь. А оттуда лететь в Москву через Минск. Через Минск потому, что президент Беларуси как-то сказал россиянам: "БелАвиа доставит вас в любую страну, с которой поругался ваш президент". А может быть и не сказал? Но во всяком случае, пока доставляет...

"Дорога - мой дом,
Небо - моя тетрадь.
Пока мы вдвоём,
Мы точно не будем спать..."

Thursday, December 3, 2015

Одно дело… Иное дело…

Одно дело критиковать тенденции в поместной церкви,
Иное дело губить авторитет Церкви.
Одно дело критиковать тенденции в учебном заведении,
Иное дело губить авторитет духовного образования.
Одно дело обличать кого-то в фарисействе,
Иное дело ассоциировать фарисейство с конфессией.
Одно дело подниматься самому за счет профессионализма,
Иное дело погружать кого-то в "продукты жизнедеятельности".
У человека с низкой самооценкой есть эго-потребности.
Потребность искать и находить согрешения других,
Которые обязательно найдутся.
Потребность низко судить других и высоко себя,
Что обязательно удастся, несомненно.
Потребность выразить свой цинизм в отношении ближнего,
Который не ответит презрением в ответ.
Потребность вскрывать жизнь ближних,
И сокрывать свою.
Одно дело оценивать себя по замыслу,
Иное дело оценивать других по результатам.
Одно дело развивать организацию,
Иное дело развивать людей.
Одно дело пытаться обмануть других,
Иное дело, что нельзя обмануть себя глубоко внутри.
И когда-то эта встреча обязательно состоится,
Через года или десятилетия: встреча с самим собой и со своим...
А пока до встречи...
Как-то так...
--
3 декабря 2015
Тарас Дятлик

Wednesday, September 23, 2015

Убегай от греха, но не убегай из мира

"Убегай от идолослужения, сребролюбия, блуда, юношеских похотей и других грехов", призывает Владыка. Но Он не призывает нас убегать из мира. Мы уже не из мира сего, как Его дети. Но мы живем в этом мире, составляя из себя Церковь, Дом Духовный, видимое Тело Христово.

"И мир возненавидел их, потому что они не от мира, как и Я не от мира", говорит Владыка. Мир возненавидел Его, но Он оставил мир только через Крест. Он каждый день жил в мире, общаясь и наставляя людей, и уходил только на время, обрести силу от Отца, чтобы снова вернуться в мир. В мире был, хотя мир не принял Его. Но это не изменило Его любовь к людям сего, а не прошлого или будущего, или потустороннего мира.

"Не молю, чтобы Ты взял их из мира, но чтобы сохранил их от зла", взывал Владыка в Первосвященнической молитве. Мир будет все больше ненавидеть нас за то, кто мы есть в Нем. Но мы будем и дальше каждый день жить в мире и уходить от него только на время, обрести силу Отца, чтобы вернуться. Мир нас не будет принимать так, как бы этого хотелось нам. Но это не изменит нашего отношения к тем, кто в мире.

Если мы, как Церковь и дети Владыки, не идем в мир, то мир придет к нам, со сребролюбием, идолопоклонством, блудом, юношескими похотями. Если мы не идем в бизнес с Посланием Владыки, он придет в нашу общину, и превратит ее в вертеп, как храмовый двор. Если мы не идем в политику с Посланием Архитектора Истории, политика оккупирует наши кафедры, а религиозная политика как раковая опухоль завладеет сердцами наших общин. Если мы не идем в образование с Посланием Творца, наука будет для нас бесовщиной и демонической тьмой века сего, а не способом восхищаться творчеством Творца, Который и нас создал по Своему образу и подобию, дав нам способность творить.

Если мы хотим сохранить свои церкви от деструктивной политики, нужно идти к политикам и в политику с Евангелием. Если мы хотим сохранить свои церкви от деструктивного влияния бога мамонны, нужно идти к бизнесменам и в бизнес с Евангелием. Если мы хотим защитить свои церкви от мракобесия, нужно идти в образование с Евангелием.

Вопли "политика - грех", "бизнес - грех", "образование и наука - грех" еще никого не спасли, не предотвратили от деструкции политики, бизнеса и греха. Но Евангелие имеет силу преображать человека, преображать сферу деятельности, "пораженной" Евангелием. И НЕ наша задача решать, кто способен, а кто не способен и не достоин слышать Евангелие. Мы призваны убегать от греха, но мы призваны пребывать в мире. Без нашего присутствия в мире мир не услышит Евангелие, свет не воссияет во мраке, тотального морального разложения не избежать.

Если мы не хотим, чтобы мір царил в нашей церкви,  в церковном совете, на кафедре, нужно следовать за Христом... в мир... с Евангелием... до самой Голгофы... а не убегать из мира... уйти на время, да, но чтобы обрести силу Отца и вернуться...
--
23 сентября 2015
Киев, Украина

Monday, September 7, 2015

Почему ты перестал любить мою маму?

#ДорожныеЩепки. Со мной в купе вагона молодой папа с сыном лет четырех. Вечером, когда они легли спать, сын крепко обнял папу, прижался к нему всем тельцем, и так и уснул... Утром он сидит задумчивый, а потом спрашивает папу:
-- Почему ты перестал любить мою маму?
-- Тебе еще рано об этом знать, малой еще, ничего не понимаешь в любви.
-- Папа, я уже все понимаю... Я понимаю, что ты её не любишь...
PS. Не нам, родителям, решать, понимают ли дети тот факт, любят родители друг друга или нет. Самое лучшее воспитание, которое мы, отцы, можем подарить своим детям, это нежно, верно, безусловно любить их маму, заботиться о ней, защищать её...
--
7 сентября 2015
Ровно-Одесса

Friday, September 4, 2015

Дух соревновательности

Где-то в 19-ом веке два речных парохода шли с грузом из Мемфиса в Нью-Орлеан. В какой-то момент времени обычные речные грузовые перевозки превратились в соревнование на скорость. Один из пароходов начал отставать, так как раньше времени истратил весь уголь, который ушел в топку, чтобы поддерживать высокую скорость. Его команда настолько увлеклась соревнованием, что в топку пошел груз, практически все, что могло гореть. После груза в топку ушла вся мебель и внутренняя обшивка. А в конце концов в огне скрылись почти все палубные деревянные надстройки. И пароход выиграл соревнование, хотя и пришел в конечный пункт без груза с изуродованным обличьем; команда ликовала...

Проблема была только в том, что задачей капитана победившего парохода было доставить груз из Мемфиса в Нью-Орлеан, а не соревнование в скорости. Но желание доказать в пути что-то кому-то привело к решению уничтожить груз, несмотря на обязательства перед отправителями и кампанией-перевозчиком, и изуродовать пароход, на котором он работал лишь по найму.

Эта ситуация часто напоминает мне соревновательный дух наших поместных церквей ("а сколько у вас членов церкви? а сколько у вас в этом году крещений?") или богословских школ (вопросы, соответственно, по студентам и программам), который проявляется в разное время в разных местах. И тогда во имя соревнования, которое покрыто толстым слоем контекстуального обоснования, в огонь духа первенства идут отношения с сотрудниками и коллегами, первичная миссия и видение; в какой-то момент времени партнерские общины и организации из сотрудников в служении превращаются в оппонентов и противников, которых нужно оставить позади. И этот дух способен накрыть не только отдельные общины и организации, но и целые группы, объединения церквей и организаций.

Дух соревновательности в служении Богу -- это дух превосходства над ближним, ибо мотивация изменяет причинно-следственную связь: я не готов быть последним или ниже в определенной искусственной иерархии, но готов пойти на многое ради первенства и превосходства; меня удовлетворяет не факт и процесс смиренного служения ближнему, а то чувство самоудовлетворения, которое накрывает после обретения статуса "победителя" в необъявленных соревнованиях.

Этот дух соревновательности накрывает не только общины и организации, но и некоторых христианских публичных спикеров: выступал в стольких-то странах, перед столькими-то слушателями, столько-то скачало или прослушало или просмотрело мой медиа-материал, мое учение самое библейское, как и моя община самая библейская, и если вы в этом сомневаетесь или сомневаетесь в истинности моего учения, то вы не-библейский христианин, и так далее, и тому подобное.

Спикерская раскрутка и гонка приводит к тому, что у каждого "гонщика" появляются свои последователи, зараженные духом превосходства и отправляющие в топку раскрутки своего духовного лидера авторитет и достоинство других служителей на ниве Господней.

В какой-то момент времени для последователей, зараженных духом превосходства и соревновательности, Господь, как им кажется, перестает говорить с ними напрямую Духом Святым и Своим Словом, и начинает говорить с ними только в преломлении богословия, мировоззрения и ценностей этого спикера, Библия истолковывается только в рамках "канона" этого спикера.

Так рождается "превосходное" богословие, "превосходное" служение, "превосходное" отношение, и даже "превосходное" волонтерство, которые дают основания уничижать и унижать других, не из "нашей струи". И Бог, считается, уже не может действовать за пределами "парохода" этой личности, общины или христианской организации.

Чувство духовного превосходства и соревновательности, служение ради окормления собственного или организационного или общинного эгоистического самоудовлетворения -- "мы -- лучшие" -- это своего рода наркотическая зависимость, попав в узы которой мы теряем свое аутентичное призвание и миссию, сотрудников воспринимая как оппонентов, а ближнего как противника. В лучшем случае, мы оставим его как священник и левит, в худшем -- присоединимся к тем, кто "преподал ему урок по делу: нечего шастать по нашим дорогам"...

Дух соревновательности и превосходства отправляет в топку окормления гордыни мир, любовь, взаимоуважение, дух сотрудничества, раздувая пламя зависти, споров, разногласий, деструктивных конфликтов. Кстати, часто и среди волонтеров тоже. И я знаю из практического (непубличного) опыта, что значит противостоять искушению думать, что так как ты волонтеришь, никто не волонтерит: я -- один из лучших, я на самой важной точке, а вы, да, вы, товарищ, представитель диванной сотни...

Если я пастор или церковный служитель, если я христианский спикер, руководитель или лидер, или волонтер (публичный или непубличный), давайте вчитаемся в эти слова, позволим им, как Слову Вседержителя, прорасти в наше богословие "первенства", в наше мировоззрение и ценности.

"Кто Павел? Кто Аполлос? Они только служители, через которых вы уверовали, и притом поскольку каждому дал Господь. Я насадил, Аполлос поливал, но возрастил Бог; посему и насаждающий и поливающий есть ничто, а все Бог возращающий. Насаждающий же и поливающий суть одно; но каждый получит свою награду по своему труду. Ибо мы соработники у Бога..." (1Кор 3 гл.).

Читаю и перечитываю... Спаси и сохрани меня, Господи, спаси и сохрани и от искушения, и в искушении стать в чем-то первым, когда я забываю, что Ты и только Ты есть Α и Ω в нашей жизни и служении. Ты наделил нас Твоими дарами для служения Тебе ради славы имени Твоего... Не дай нам в суете служения забывать эту истину... Молимся. Солим. Светим...
--
4 сентября 2015
Ровно, Украина

Thursday, September 3, 2015

Моя борьба – с самим собой

Признаюсь, я много чего боюсь в этой жизни, начиная от бытовых и заканчивая экзистенциальными страхами. Но есть несколько страхов, которые стоят выше других. Это когда в евангельской среде начинается борьба за чистоту учения. Именно борьба. Т.е. не борьба за то, чтобы самому иметь чистые отношения со Христом и чисто мыслить о других. А проактивная борьба с другими, постоянный поиск противника и врага, еретика и отступника. Весьма часто такие догматические войны заканчиваются отлучением всего мира и всех других поместных общин от Церкви. Иными словами: человек в клетке повесил на дверь амбарный замок изнутри и объявил весь мир тюрьмой, а свою клетку -- единственным клочком свободного места... если вы понимаете о чем я... Моя духовная борьба не с другими христианами, не с католиками или православными, не с лютеранами или пятидесятниками, не с кальвинистами или арминианами.

Моя борьба -- с самим собой, со своими страхами и искушениями, чтобы позволить Ему действовать в моих самых темных уголках моей души и моего разума. И когда я борюсь ("еще не до крови", как писал автор Евреям) против греха в своей жизни, в своих мыслях, в своих словах, у меня не остается сил и времени вести борьбу против моих братьев и сестер, богословские взгляды которых соответствуют евангельскому руслу, но отличаются в средстве передвижения в сторону вечности. Вся эта борьба против своих же собратьев, как мне кажется, это попытка уйти от своей внутренней борьбы, простить себя посредством непрощения другого, оправдать себя посредством отлучения другого. И я как раз имею ввиду борьбу друг против друга христиан, разница в вероучении которых только в "третьей" или "двадцать девятой" редакции, но все той же Никео-Цареградской традиции, но все той же Тринитарной и Христологической традиции...

У нас часто так много места в сердце для неверующего во Христа человека, и так мало места для брата во Христе, со взглядами которого на спасение человека, или порядок богослужения или духовные дары мы расходимся. Борьбу за чистоту другого человека может вести, как мне кажется, лишь тот, кто победил в борьбе против себя. Но победив в борьбе против себя, ты уже не будешь бороться с другим человеком, потому что внезапно понимаешь, что наша борьба не против человека... И я все меньше и меньше понимаю тех христиан, которые берут на себя ответственность и публично заявляют, что учение о предопределении или говорении на языках родилось в недрах ада. Наверное, чтобы заявить такое, нужно хотя бы увидеть небо отверзнутым, как Стефан. Но когда мы увидим небо развернутым в положении Стефана, нам уже будет не до учения о предопределении или говорении на иных языках...

"Вы еще не до крови сражались, подвизаясь против греха, и забыли утешение, которое предлагается вам, как сынам: сын мой! не пренебрегай воспитания Господня, и не унывай, когда Он обличает тебя. Ибо Господь, кого любит, того воспитывает; бьет же всякого сына, которого принимает. Если вы терпите воспитание, то Бог поступает с вами, как с сынами. Ибо есть ли какой сын, которого бы не воспитывал отец? Если же остаетесь без воспитания, которое всем обще, то вы незаконные дети, а не сыны. Притом, если мы, будучи воспитываемы плотскими родителями нашими, боялись их, то не гораздо ли более должны покориться Отцу духов, чтобы жить? Те воспитывали нас по своему произволу для немногих дней; а Сей -- для пользы, чтобы нам иметь участие в святости Его. Всякое воспитание в настоящее время кажется не радостью, а печалью; но после наученным через него доставляет мирный плод праведности. Итак укрепите опустившиеся руки и ослабевшие колени и ходите прямо ногами вашими, дабы хромлющее не совратилось, а лучше исправилось. Старайтесь иметь мир со всеми и святость, без которой никто не увидит Господа..." (Евр 12:4-14)
--
3 сентября 2015
Ровно, Украина

Tuesday, September 1, 2015

Синдром старших братьев

Первым старшим братом, который убил своего младшего брата Авеля, был Каин. Убил из зависти. Поскольку я старший брат в семье из одиннадцати детей, а также один из 5-6 старших по возрасту братьев в нашей церкви, то очень часто задаюсь вопросом о том, что значит быть старшим братом, как родным, так и по Духу. Я несколько раз в юности и молодости испытывал на себе последствия синдрома старших братьев, когда тебя духовно унижают и оскорбляют, пытаясь деконструировать твою личность и превратить ее в бессознательное духовное коллективное определенной культурно-богословской традиции.

Я не о той ситуации, когда тебя старший брат воспитывает по делу. За многих таких старших братьев я весьма благодарен Богу, что Он формировал меня посредством отношений с ними. Да, некоторые темы были неприятными. Да, были конфликты. Да, были проблемы и было сложно в отдельных случаях возвращаться и просить прощения, восстанавливать отношения.

Но есть старшие братья в нашей жизни, которые берут на себя роль Бога, отождествляют свой духовный дар (дар, подарок!) чуть ли не с Божеской сущностью, непогрешимостью, всевластием. Они не уважают тебя, как личность. Они не уважают твое право на ошибку. Они не уважают твой духовный дар и призвание, которые тоже дарованы Богом. С их уст не сходит фраза: "духовный судит обо всем, а о нем судить никто не может". Их интересует не твое развитие, как личности, а грехи, которые ты совершил или можешь совершить. Такой старший брат держится за свое положение в семье, на работе, в обществе, в церкви, как крокодил своей зубатой пастью за жертву.

Да, молодые люди действительно приносят с собой в поместные общины много головной и зубной боли для старшего поколения: и поют не так, и сидят не так, и одеваются не так, и пирсинг с наколами делают, и кольца с цепочками носят, и встречаются (dating) не так, и проповедуют не так, и служат Богу не так, и даже говорят не так, и мнение свое высказывают словесно и невербально не так, как старшие братья (и сестры), и на жизнь верующих в Советском Союзе смотрят не так, и на наши канонические песни из "Песнь возрождения", и на многое другое.

Как же сложно старшему брату сконцентрироваться на поклонении Богу и на богодухновенной проповеди из-за этих молодых особей ("как же они распущены и неуправляемы!"), разрушающих нашу церковную традиционную историческую идентичность, когда в его сердце только скорбь, чувство глубокого раздражения и мысли о том, как заткнуть этих выскочек на место и какие еще гайки в их жизни можно подтянуть. Как же сложно сконцентрироваться старшему брату на служении Богу, когда младшие братья все делают или не так, или не там, или не то. Ведь они недостаточно зрелы для того, чтобы им что-то Бог открывал. Ведь Бог открывает только мне, что, как и где нужно делать младшим братьям. Они такие беспомощные и неумелые, и бестолковые. Не то, что я, старший брат, духовный, судящий обо всем и всех...

Как-то один пастор в сердцах сказал мне, что он понял: чем меньше в общине людей из мира, особенно молодых людей, тем меньше у него проблем и стабильнее кровяное давление. Он считает,  что старшему поколению следует держать молодежь в общине в "ежовых рукавицах", ведь расслабиться они всегда успеют. Не уверен, что это выражение имеет отношение к маленькому сопящему ежику. У меня оно однозначно ассоциируется с "ежовщиной" -- периодом великого террора в  1937-1938 гг. Кстати, есть и родители, которые считают, что проблемы в их семейных отношениях появились только с рождением детей, и усугубились, когда те достигли переходного возраста и начали нащупывать в жизни свой уникальный путь.

Но ведь именно наличие детей подросткового возраста с особенностями взросления проявляет настоящую силу или отсутствие отцовской и материнской любви, уважения мужа к жене, а жены к мужу. Ведь именно наличие молодых людей в поместной общине с особенностями духовного поиска и взросления проявляет настоящую силу или отсутствие пасторской любви, и уважения старшего брата к младшему, несмотря на диагноз "кто не был молод, тот не был глуп".

Проблема не столько в детях или молодых людях, сколько, прежде всего, в наших, старших братьев, реакциях, в нашем мировоззрении и ценностях в контексте традиционных исторических церковных и общественных устоев. В действительности молодые люди в церкви, как и дети в семье (особенно переходного возраста), помогают нам же самим увидеть то, что внутри нас есть. Работает принцип давления на тюбик: лезет оттуда то, что туда было заправлено: или зубная паста, или же иная субстанция, от вида и запаха которой выворачивает. Зачем сетовать на младшее поколение, которое оказывает на нас стрессовое давление, если из нашей внутренней сущности старших братьев выходит не то, что мы ожидали и о чем так молились, возможно, годами?

В Древнем Завете есть три ярких истории о старших братьях, т.е. старших по возрасту, и их отношении к младшим братьям: Иосиф и братья, Давид и братья, Соломон и братья. Что объединяет эти три драмы? Вот три урока, которые мы можем взять для себя из этих трех поучительных историй, в которых Бог в определенный период истории Израильского народа выбрал действовать именно через младших братьев, вопреки традиционным историческим устоям, чтобы явить Себя, Свою славу и оказать милость Своему народу.

#1. Бог призвал именно младшего сына Иакова -- Иосифа, чтобы спасти от голода семью Иакова в Египте и в Египте же из семьи создать народ Израильский.

Иосиф был предпоследним сыном из двенадцати сыновей Иакова -- одиннадцатым. Бог избрал его, несмотря на то, что родители не распознали Божьи знаки через сновидения, и вопреки тому, что братья завидовали любви отца к Иосифу, возненавидев его. И еще больше возненавидели его за сны -- настолько, что не могли говорить с ним дружелюбно, и, в конце концов, продали его в рабство на невольничий рынок. А потом лицемерно со своими женами и детьми утешали отца в гибели сына в период дней плача, лицемерно выражая скорбь, лицемерно плача, лицемерно утешая.

Если Бог сегодня вопреки нашим традиционным историческим устоям открывается в чем-то намного больше молодым людям, чем нам, старшим братьям, будем ли мы завидовать им? Будем ли ненавидеть их тихой ненавистью? Перестанем ли разговаривать дружелюбно? Воспользуемся ли возможностью "сплавить" этого молодого человека в другую церковь или христианскую организацию, или отправим на учебу full-time куда подальше от своей поместной общины?  Жизнь старших братьев, в буквальном смысле слова, уже была в руках Иосифа еще когда он был во рву ночью, еще до того, как он был продан на невольничьем рынке. Когда пришло время встречи старших братьев с Иосифом, не по их желанию и не по их воле, то он не отомстил им, не упрекал их, не возненавидел в ответ, но обратил их внимание на то, что это Бог послал его перед ними. И это после многих лет страданий, причиненных презрением, завистью и ненавистью к Иосифу, и недоверием старших братьев Богу.

#2. Бог призвал именно самого младшего сына Иессея -- Давида, чтобы избавить Израильский народ от многолетнего гнета и набегов филистимлян, амаликитян, аммонитян, моавитян, и др. агрессоров, и восстановить через него государство Израиль в Ханаане, который был обетован Аврааму и его потомкам.

Давид был самым младшим сыном из восьми сыновей Иессея. Три старших брата пошли на войну с царем Саулом против филистимлян, а Давид, как, наверное, и положено младшему брату, пас овец. Через некоторое время отец попросил его отнести им зерна и хлеба. Давид, придя на линию фронта, услышал, как Голиаф хулит Господа и поносит Израиль, и, будучи движим Божьей рукою, решил выступить против филистимлянина из Гефа. Но Елиав, самый старший брат, рассердился на Давида: "Зачем ты сюда пришел и на кого оставил немногих овец тех в пустыне? Я знаю высокомерие твое и дурное сердце твое, ты пришел посмотреть на сражение." Другими словами: "Здесь собрались взрослые дяди решать взрослые вопросы, и ты не имеешь права совать свой нос в дела взрослых людей, высокомерный и зазнавшийся подросток. Пошел вон, стой там, и просто наблюдай. Мы позовем тебя, если нужно будет что-то подать или принести". Это был тот же Елиав, о котором Господь сказал пророку Самуилу: "Не смотри на вид его и на высоту роста его; Я отринул его; Я смотрю не так, как смотрит человек; ибо человек смотрит на лице, а Господь смотрит на сердце".

К Давиду настолько несерьезно относились в семье из-за его молодого возраста, что даже не позвали на встречу с пророком. Никто и представить себе не мог, что этот чувствительный красивый белокурый (а не с черными волосами) паренек с выразительными глазами, любящий играть на музыкальных инструментах и петь свои собственные псалмы, станет бесстрашным воином и самым выдающимся царем Израиля, настолько выдающимся, что Мессию звали впоследствии: "Иисус, Сын Давидов!" Да, Давиду предстоял сложный путь взросления и становления, и его избрание не оправдывает тех ошибок, которые он допустил в своей семейной и государственной жизни. Тем не менее, Бог смотрел именно на его сердце, избирая его на роль царя, а не на факт, что он был незаметным младшим сыном и братом.

#3. Бог призвал именно младшего сына Давида -- Соломона, чтобы наделить его Своею мудростью, укрепить Израильское государство и построить Первый Храм (который впоследствии был разрушен Навуходоносором).

Направляемый Божьей рукою, Давид собирался передать царскую власть Соломону. Хотя согласно традиционным историческим устоям ее должен был наследовать старший сын -- Амнон. Но он был убит Авессаломом за то, что изнасиловал свою сестру Фамарь. После него по старшинству престол должен был унаследовать Авессалом, но он поднял восстание против своего отца, изгнав его из Иерусалима, и при жизни поставил себе памятник в царской долине. Во время бегства после поражения в битве Авессалом запутался волосами в ветвях дерева и был убит. Любовь Давида к Авессалому видна в его жалобной песне: "Сын мой Авессалом, сын мой, сын мой, Авессалом! О, кто дал бы мне умереть вместо тебя, Авессалом, сын мой, сын мой!"

Когда Давид состарился, Адония, старший из живых сыновей, которому согласно традиционным историческим устоям принадлежало право на престол, не дожидаясь объявления воли отца или его смерти, решил огласить себя царем, назначив пышную коронацию. Ведь отец помирает, испускает дух, старый уже, выживает из ума и никак не может решиться, кому передать власть.

Сторону Адонии -- настолько сильным был голос традиционных исторических устоев -- заняли даже командующий израильской армией Иоав (двоюродный брат Давида)  и первосвященник Авиафар (последний из священников дома Илия). Кажется, ничто уже не могло поколебать положение самопровозглашенного царя, заручившегося поддержкой наивысших представителей военной и духовной власти. Но Давид объявляет царем Соломона, того самого сына, с которым не считались из-за мутной истории с его мамой, того самого сына, второе имя которого было Иедидия, что значит "возлюбленный Богом или друг Бога", того самого сына, которого больше интересовали вопросы мудрости, а не меч, копье и боевые колесницы.

Во всех трех случаях старшие братья оказались неспособны распознать действие Бога через младших братьев.  Во всех трех случаях старшим братьям было невыносимо больно принять и признать призвание младших братьев, согласиться с ним. Это нарушало традиционные исторические устои народа и семьи, это било по самолюбию, это было возмутительно в конце концов. Синдром старших братьев состоял в том, что право на что-то они понимали как осуществление традиции, а не как осуществление призвания от Бога.

Мы, старшие братья, часто приватизируем церковные порядки и устои, поместные общины и христианские организации, включая духовные учебные заведения, сами определяя категории духовной зрелости или незрелости, сами определяя для младших братьев их призвание и место в церковной иерархии, сами определяя их историческую идентичность, не оставляя им права и возможности на духовный поиск и самоопределение посредством вопрошания Бога, а не церковной традиции.

Старшие братья во время Исхода погибли в пустыне именно по причине того, что оказались неспособны распознать призвание и действие Бога, погибли за свое неверие, погибли за то, что мечтали вернуться на свою историческую родину, каковой для них стал Египет, погибли за то, что презрели и поставили ни во что будущее своих младших братьев, своих детей.

Быть старшим братом не обязательно означает быть зрелым и послушным Богу. Быть старшим братом не обязательно означает быть правым. Быть старшим братом не обязательно означает правильно поступать и правильно действовать. Быть старшим братом не означает иметь автоматическое право на духовное наследство.

Как и быть младшим братом, призванным Богом к определенному служению, не означает, что это автоматически оберегает от ошибок или дает хоть малейшее право презирать и унижать старших братьев, выражать неуважение к ним. Ни Иосиф, ни Давид, ни Соломон -- обратите внимание! -- не выразили своего презрения к старшим братьям. Напротив, они продолжали заботиться о семьях старших братьев, оставаясь в своем призвании.

Истинный пример братства нам раскрывает Господь Иисус, Сын Божий, Бог, Вторая Ипостась Троицы, Который воплотился в человека, чтобы приобрести опыт жизни в человеческом теле и совершить искупление, примирить на Кресте человека с Богом. Он говорит, что "братья Мои суть слушающие слово Божие и исполняющие его" и что тот, "кто будет исполнять волю Отца Моего Небесного, тот Мне брат, и сестра". Он называет Своих последователей и учеников "братьями": "возвестите братьям Моим, чтобы шли в Галилею, и там они увидят Меня". Он утверждает, что "кого Он предузнал, тем и предопределил быть подобными образу Сына Своего, дабы Он был первородным между многими братиями". Он обещает, что "Он не стыдится называть их братиями, говоря: возвещу имя Твое братиям Моим, посреди церкви воспою Тебя".

Иисус не называет Себя нашим старшим братом, но Он объявляет нам, что для нас -- детей Божьих -- Он есть наш брат, если мы слушаем Его и исполняем Его слово; и Он не стыдится называть нас Своими братьями и сестрами. Он наш пример для подражания в отношении младших братьев: возлюбить, воплотиться в их жизнь, прожить с ними их радости и печали, возможно, пострадать за них, защищать их, но все же любить их, но все же быть с ними, но все же заботиться о них, но все же помогать им осуществлять их призвание, которое они приняли от Отца.

Учусь у Христа быть настоящим старшим братом. Не хочу болеть синдромом старших братьев, который начался с Каина. Помоги мне, Господи, хотя иногда это так тяжело. Ведь эта молодежь, знаете ли, такая... Молимся. Солим. Светим...

С новым учебным годом!

"Школы добивались бы гораздо больших успехов, если бы включали в программы джаз, а не Бетховена," пишет в своей книге "Саммерхил: воспитание свободой" выдающийся английский педагог Александр Нил, основатель школы Саммерхил (в 1921 г.). Очень рекомендую каждому педагогу и преподавателю в этом учебном году неспеша прочесть его книгу. Наверняка вы не согласитесь со многими подходами автора к образованию и воспитанию детей, которые далеки от традиционных образовательных систем, потому что главная идея его подхода состоит в том, что не учащийся должен подстраиваться под школу, но школа под учащегося. В своей книге Нил посредством множества примеров показывает, насколько воспитание свободой (ни в коем случае не подразумевается вседозволенность) лучше для учащегося и его будущего, чем воспитание посредством жесткой системы контроля. В этом учебном году желаю каждой богословской школе мудрости в том, чтобы подстроить свои программы и содержание предметов под реальные мировоззренческие и практические нужды учащихся, воплотиться в жизнь наших студентов, чтобы помочь им в свободе (не во вседозволенности) во Христе реализовать их призвание. Но мы не сможем помочь им, если сами не научимся ценить и жить той свободой, которую обрели во Христе, свободой быть самим собой в отношениях с Ним, свободой служить Ему тем даром, который Он дал нам, свободой повиноваться Ему и Его воле в том, куда Он ведет нас, чтобы прославить Свое Имя в нас и через нас. С новым учебным годом! Молимся, солим, светим.
--
1 сентября 2015 г.
Ровно, Украина

Tuesday, June 30, 2015

О естественном и противоестественном...

Человечество все более погружается во мрак безумия, создавая своего "бога", образ которого неизменно соответствует степени духовной, нравстенной, социальной и политической развращенности человеческой цивилизации. Источником и гарантией человеческого и общественного благоденствия именуется и провозглашается то, что является лишь инструментом, проводником. Но без признания власти Бога и подчинения Ему сама суть благоденствия лишена смысла и созидающего действия. Без смирения перед властью Бога человек в своем саморазрушении будет естественным образом идти до логического конца.

Источником нашего благоденствия есть не природа, не общество, не нация, не государство, не империя, не технологии, не наука, даже не Конституция и не государственные законы. Когда человек возносит их в ранг Источника благоденствия, они из инструментов превращаются в объект поклонения и служения, занимая место Единственного животворного Источника благодатной жизни – Отца, Сына и Духа Святого.

"Прочие же люди, которые не умерли от этих язв, не раскаялись в делах рук своих, так, чтобы не поклоняться бесам и золотым, серебряным, медным, каменным и деревянным идолам, которые не могут ни видеть, ни слышать, ни ходить. И не раскаялись они в убийствах своих, ни в чародействах своих, ни в блудодеянии своем, ни в воровстве своем." © Откр 9:20-21

Поэтому без признания власти и авторитета Бога и без признания Его определений сущности и природы одушевленного и неодушевленного человек обречен на саморазрушение и на разрушение общества и окружающего мира. Без признания власти и авторитета Бога созидательная деятельность человека, в конечном итоге, превращается в конструирование такого общества, такой нации, такого государства, которые лишены инаковости, естественных отношений с другим, заменяя все противоествественными отношениями и противоестественным употреблением с точки зрения Божественного дизайна.

Истинная сущность и природа нашей человечности раскрывается только в той настоящей свободе, которую можно обрести лишь приняв Его, Архитектора Мироздания, определения сущности и природы человека и материального мира. Лишь Он определяет сущность естественного, несущего жизнь, и противоестественного, несущего смерть.

Естественно поклоняться Творцу, Архитектору Вселенской Истории, Времени и Пространства. Противоестественно поклоняться плоду, дереву, Саду Эдемскому, природе, тварному миру. Естественно дарить жизнь, противоестественно отнимать жизнь. Естественно любить и дарить любовь, противоестественно ненавидеть и вскармливать в своем сердце злобу и ненависть к другому. Естественно прощать, противоестественно мстить и вскармливать в своем сознании план мести. Естественно жертвовать и отдавать, противоестественно отбирать у другого, грабя, воруя.

В падшем мире, где царствует идеология "смерти Бога", естестественным есть формирование такого человека, такого общества, таких религиозных воззрений, которые определяют степень долженствования Бога перед лицом человека, а не человека перед лицом Бога. Ответственность за чувство вины перед Ним, возникающее в результате обличения совести, возлагается на Него же в качестве обвинения. Определение греха и греховного осуществляется посредством синхронизации с греховной сущностью падшего и развращенного человека, который все глубже погружается в бездну беззакония, а не со святостью Бога. Состояние "быть и жить в падшем состоянии" объявляется как свобода от предрассудков, а стремление к святости – как рабство и мракобесие. Его Слово провозглашается как феномен культуры и "рождения человеком Бога", а не как вторжение Бога в нашу реальность посредством откровения и воплощения Сына.

В конечном итоге, провозглашается эволюция человека от низшей формы к высшей как естественное, а сотворенность Богом – как противоестественное, поскольку принятие Бога как Создателя и Источника жизни предполагает долженствование перед Ним и Его замыслом...

Реальность деструктивной власти греха настолько сильна, что существующая человеческая цивилизация и тварный земной мир без признания и подчинения Божьей власти обречены на погибель, бесповоротно. Этот процесс саморазрушения, как бунт против Творца, остановить невозможно. Ничем. Потому что бунт против Творца -- это естественный процесс разрушения сущности падшего человека и общества, тварного мира. Об этом нам объявляет Его Слово, независимо от того, верим ли мы в Него, или нет.

Тем не менее, реальность Божьей любви и Его благодатной власти настолько сильна, что мы, Его дети, Тело Христово, можем быть Его солью и светом в этом поезде, который мчится "сквозь снег" навстречу своей гибели. Смерть и ад, как реальность бытия, не имеют власти над теми, кто живет под властью Жизнедателя.

Признавать власть и святость Бога в своей жизни – это естественно для Его детей. Быть Его свидетелями в этом мире – это естественно для Его детей. Признавать Его определение сущности и природы человека и материального мира – это естественно для Его детей. Любить, прощать, миловать, жертвовать – это естественно для Божьих детей. Воскреснуть для вечной новой жизни с Ним в новом теле – это естественно для Его детей. Ожидать с радостью Его Второго явления в мире, который все более и более погружается в ледяной мрак греха и безумия – это естественно для Божьих детей... Молимся. Солим. Светим...

Monday, June 29, 2015

Если жена нечаянно брызнула на вас кипятком

Если жена нечаянно брызнула на вас кипятком, у вас есть два варианта, как можно отреагировать.

  • Вариант 1. Громко и гневно сформулировать несколько вопросов риторического характера о форме рук, о месте их произрастания, прокомментировать состояние глазного яблока, зрачка и хрусталика, обязательно при этом вспомнив все добродетели её мамы.
  • Вариант 2. Нежно посмотреть ей в глаза, поблагодарить её за нестандартное напоминание о том, насколько горяча её любовь, горячо её обнять и горячо заверить в своей любви.

Каждый из нас выбирает, как отреагировать на те вызовы, с которыми мы встречаемся. И наша реакция или разрушает нашу сущность и отношения, или же созидает. Не отношение другого разрушает или созидает меня, а именно мое отношение, моя реакция: в семье, в церкви, на работе, в обществе. Человека могут безмерно любить, но при этом он может саморазрушаться. А иного могут ненавидеть, но в своей реакции и отношении он являет силу духа и целостность личности... Как-то так...

Friday, June 5, 2015

То, что ты сеешь, не оживет, если не умрет

"Истинно, истинно говорю вам: если пшеничное зерно, пав в землю, не умрет, то останется одно; а если умрет, то принесет много плода" (Ин 12:24).

#Непопулярное. #ГоворитУсталость. #ЛидерскиеЩепки. Очень субъективные и личные размышления... Поскольку мне сейчас 42 года, все чаще думаю о том, в чем состоит суть эффективного лидерства. Иногда по нескольку часов в день. Средний возраст лидера — самый сложный, поскольку он находится между молотом и наковальней. Его воспитывает и критикует старшее поколение, и его обличает и критикует младшее поколение. Удар молота, искры, несокрушимость наковальни. Потому что будущее принадлежит исключительно молодым. Было бы по-другому, если бы не смерть. Смерть — это тление, если мы не смотрим в будущее. Но смерть — это и жизнь, если мы смотрим в будущее, и сеем семена. "То, что ты сеешь, не оживет, если не умрет" (1Кор 15:36).

Молот — старшее поколение, которое находится в возрастном периоде, характеризующимся поиском и сохранением значимости (во всех смыслах этого слова). В нашем контексте пост-советской реальности им принадлежит апостольство (как начинание новых церковных и парацерковных суб-культур различной формы жизнедеятельности), им принадлежит опыт, им принадлежит имя. Я и многие подобные мне, которые приняли призвание продолжать развивать определенную сферу, а не начинать абсолютно новые организации по своему видению и пониманию, — вторые по всем объективным и субъективным факторам. И мы всегда будем вторыми до тех пор, пока сами не достигнем периода значимости. Поэтому вопрос не в том, чтобы идти на конфликт со старшим поколением лидеров, а в том, каким образом найти взаимодействие? Что нас может объединить, кроме профессиональной деятельности?

Наковальня — младшее поколение, которое находится в поисках профессионального роста, самоидентификации, строит карьеру (в положительном смыле этого слова), стремится к успехам. Не один молот, возомнивший о своей несокрушимости, разбивался вдребезги о наковальню амбиций молодого поколоения. Как любит повторять один христианский лидер из Ровно: "Кто не был молод, тот не был глуп". В этот период молодое поколение лидеров более страстное, воинственное, сосредоточенное, готово незамедлительно идти на риск. Ведь впереди вся жизнь. Дети еще маленькие, не достигли подросткового возраста. Если что-то пойдет не так, можно начать сначала — новый проект, искать работу в новой организации, переехать куда-нибудь.

А я, как представитель среднего поколения, нахожусь между молотом и наковальней. Поскольку твои амбиции трансформируются в глубинные ценности, ты уже не готов с такой легкостью рвать отношения со старшим поколением. Поскольку ты на пути к значимости, то также появляется искушение "задвигать" всех молодых на место, ведь они, возможно, претендуют на твое место. А ты уже не настолько мобильный, не настолько готов идти на риск, не так спешишь использовать для реализации каждую появившуюся возможность, тебе нужно больше времени, чтобы подумать, перед тем, как что-то сказать.

Старшее поколение готовится к уходу. Младшее поколение готовится к приходу, занять ключевые лидерские позиции. И ты, в среднем возрасте, осознаешь, что обретаешь "два лица": оглядываясь назад в молодость, смотришь вперед в зрелость, и ищешь возможности остаться мостом, не занять ни сторону молодых лидеров, ни сторону значимых лидеров старшего поколения.

Среднее поколение — это поколение, которое достигло уже определенного уровня αρετη, и, попав между молотом и наковальней, с каждым ударом судьбы задается следующими вопросами (если есть время в "лидерской" суете). Удар: а стоили ли мои достижения той цены, которую я за них заплатил в плане отношений с друзьями, с семьей, с женой, с детьми, с родителями? Удар: хочу ли я и дальше платить эту цену? Удар: с чем я останусь через 10 лет, если буду продолжать в том же духе? Удар: может быть, пришла пора радикальных изменений? Удар: как выжить, сохранить себя и достоинство, как лидер, между стабильностью значимости с одной стороны, и галопом к успеху, с другой стороны?

Или, возможно, это все неправильные вопросы? Может быть, стоит отнестись к этому всему равнодушно, зацементировать свое сердце и чувства, и выбрать путь "по головам", реализуя, во что бы то ни стало, свою мечту, свое призвание, свое понимание, в конце концов, самого себя? Или же махнуть на все рукой, и заняться собой, своими личными переживаниями, желаниями и устремлениями, которыми пожертвовал ради каких-то более высоких ценностей или идей? Ведь сколько было упущенных возможностей для себя ради чего-то или ради кого-то? Или же все-таки каким-то немыслимым образом пытаться оставаться и служить мостом между этими двумя поколениями, позволяя своему сердцу разрываться на части? Что выбрать?

Эти размышления приводят меня к предварительным выводам, что лидерство имеет три ключевых этапа: (1) когда кто-то из старшего поколения сеет в нас, обучая how to (наставничество), (2) когда мы, среднее поколение, самостоятельно активно осуществляем то, чему научились, и к чему призвал нас Христос, (3) и когда мы сеем в кого-то how to (служим наставниками для других, для младшего поколения) и готовимся умереть, отпустить, предоставить свободу в развитии видения и в принятии стратегически важных решений...

Нам нравится, как правило, первый этап — когда мы молоды, в нас вкладывают и себя, и идеи, и финансы, и другие ресурсы. Частично нравится второй этап, когда ответственность все еще на старшем поколении, но у тебя все еще есть свобода реализовать свое видение и "мечты с Богом". Третий этап, период значимости, всегда самый болезненный: как отдать свое "дитя"? а вдруг...? а что, если...? Ведь именно это "дитя" и придает мне значимости? И мы продолжаем гонку самореализации, концентрируясь на самом плоде лидерства, вместе с тем, часто забывая, что плод имеет и семена, которые нужно посеять, чтобы плод появился и в новом поколении... Но эти семена не смогут быть посеяны, если плод не умрет...

Посеяться в кого-то — значит воплотиться в чью-то жизнь, в чьи-то проблемы и страхи, в чье-то призвание, дары и таланты, которые, возможно, превосходят наши способности, воплотиться в ритм жизни — профессиональный, социальный и семейный, с тем, чтобы впоследствии умереть, передав эстафету и все лучшее... Умереть для своего авторитета — значит поддерживать молодого лидера, защищать его, молиться о нем... потому что, воплотившись в его жизнь, ты умираешь в своей жизни для своих амбиций и живешь для поддержки нового поколения...

Настоящий лидер не тот, кто покорил непревзойденные высоты в вопросах власти и ответственности, не тот, который достиг таких высот значимости, что без него в развитии союза, церкви, христианской организации не принимается ни одно важное решение, но тот, кто сумел воплотиться и продолжить свою жизнь в другом, кто сумел умертвить свой авторитет для себя, проходя через муки самоидентификации среднего поколения, кто сумел воскреснуть в новом поколении во всей его инаковости, не уничтожая эту инаковость, и возлюбив ее, приняв ее, усилив ее...

И неважно каким образом: через личные отношения, как мать Тереза, или через книги, как Дитрих Бонхеффер и Сорен Кьеркегор. А пока что гонка продолжается. Значимый становится еще более значимым. Молодой профессионал приобретает еще больше профессионального и жизненного опыта. Рано или поздно, он на третьей космической скорости влетит в период среднего возраста, неизбежно столкнувшись с вопросами, стоило ли платить цену за то, за что ты уже заплатил. А представитель среднего поколения все еще старается служить мостом между амбициями значимости и амбициями молодости, мостом встречи поколений, мостом битвы между прошлым и будущим.

И даже когда я перейду в категорию старшего поколения, в период значимости, проблемы и вопросы лидеров среднего возраста не изменятся. Это поколение, как феномен, всегда будет служить местом встречи, мостом, полем битвы. Но выдержат ли опоры моста эту битву? "То, что ты сеешь, не оживет, если не умрет"...
--
5 июня 2015

Sunday, May 17, 2015

Господи, где сегодня мой дом горшечника?

«Слово, которое было к Иеремии от Господа:
– Встань и сойди в дом горшечника,
и там Я возвещу тебе слова Мои.
И сошел я в дом горшечника...» (Иер 18:1-3).

"Встань и пойди, и там Я возвещу тебе слова Мои..." В Библии описывается целый ряд ситуаций, когда Бог просит патриарха (Авраам, Иаков), или вождя (Моисей, Иисус Навин), или народ (евреи во время Исхода), или судью (Гедеон), или пророка (Илия, Иеремия, Иона), или царя (Давид, Навуходоносор) – далеко не полный перечень, – встать, потратить драгоценное время и финансовые или материальные ресурсы, чтобы физически добраться туда, куда призывает Он, чтобы в определённом пространственно-временном контексте открыть им то, что Он хочет им открыть.

Много Божьих откровений мы получаем, никуда не выезжая или даже не выходя из своего жилья: просто читая Его Слово, молясь, размышляя и записывая Его откровения в свой дневник (кому не лень). Но некоторые Божьи откровения мы можем услышать, понять и осознать только в определённом пространственно-временном контексте, для чего нужно встать и пойти туда, куда призывает Господь.

Место (где сказать), время (когда сказать) и содержание (что сказать) определяет Господь, а не мы. И не всегда это удобное для нас время, не всегда комфортное или безопасное для нас место, и не всегда приятное для нас содержание. Даже не всегда нам поначалу понятно, почему и зачем нужно куда-то идти, чтобы услышать нечто от Него не в своей зоне комфорта.

Но если мы открыты к тому, чтобы познавать Его и Его волю, если открыты к тому, чтобы Он в нас и через нас исполнил наше призвание, которое по сути -- Его призвание, если открыты к тому, чтобы позволить Ему жить через нас и прославить Себя через нас, тогда мы встанем и пойдем в дом горшечника, где бы он ни был, чтобы услышать Его откровение и призвание, которое всегда для нас начинается напоминанием: «Вот, что глина в руке горшечника, то вы в Моей руке...»

Для одних дом горшечника на Красной площади в Москве, для других – на Майдане в Киеве; одним нужно из Ровно поехать на Донбасс, другим из Донецка или Санкт-Петербурга приехать во Львов; одним из Украины поехать в Канаду, другим из Соединенных Штатов вернуться в Ростов или Луганск... Где сегодня мой дом горшечника? Как не пропустить назначенное время, которое Он назначил, и место, которое Он определил, не побоявшись уйти из своей зоны комфорта...? Спешу ли я добраться туда, куда призывает Он...? Молимся. Солим. Светим...
--
17 мая 2015

Sunday, April 5, 2015

Не хочу быть святым, чистым и праведным без Христа…

Я стремлюсь к святости. Не каждый день выходит добавить в своих мыслях, словах, действиях, отношении хотя бы один духовный миллиметр святости, но я стремлюсь. Откровенно говоря, я согрешаю каждый день. Каждый вечер, ложась спать, анализируя свой день, мысли, слова, действия, отношение, я нахожу согрешения, несовершенства. Не помню в своей жизни день, чтобы я мог прожить его с утра до вечера, и чтобы моя совесть и Дух Святой не указали мне на мои согрешения. Даже взгляд. Даже вопрос распределения времени, до часа, до минуты, до секунды. Качество отношений, телефонных разговоров, работы, и пр.

И все же я стараюсь не разочаровываться и стремлюсь к святости. Каждое утро, просыпаясь, благодарю Его за то, что милость и благодать обновились, и я снова стремлюсь к святости. Падаю, спотыкаюсь, захлебываю греховную болотную тину, стараюсь подняться, и снова стремлюсь к святости...

Но в стремлении к святости и в погоне за святостью, чистотой и праведностью я не хочу освятиться, очиститься и оправдаться по Закону до такой степени, чтобы перестать нуждаться в Его святости, в Его чистоте, в Его праведности, которые даются по вере, в которые Он облекает меня, как в Свою одежду. Зачем нужен Христос такому человеку, который оказался способен преодолеть свою греховную природу и присутствие греха в мире до такой степени, что сам, без Него, освятился, очистился и оправдался? Если человек все правильно делает, все правильно мыслит и все правильно говорит, то зачем ему Христос? Зачем мне Христос?

Святость, чистота и праведность Христа вменяются не святому, не чистому, и не праведнику, но грешнику, который искренне верует во Христа. Человек, сам достигший святости, чистоты и праведности в своих мыслях, мотивах, словах, поступках, отношении и пр., во Христе не нуждается. А если и нуждается, то только для валидации или аккредитации своего 80-го уровня духовности. Зачем человеку, который достиг святости, вменять святость Христа? Зачем человеку, который достиг праведности, вменять праведность Христа? Зачем Христу облекать меня в Свою праведность и святость, если я сам себе могу соткать святость и праведность через духовный ресайклинг и самосовершенствование?

Верующий во Христа уже освобожден от власти греха: силою Христовою он способен и может противостоять искушению и желанию согрешить. Тем не менее, мы живём в падшем и насквозь пропитанном грехом мире, который раздражает и постоянно утилизирует нашу греховную природу. Как дети Божьи, мы уже не грешим, т. е. не живём греховным образом жизни, как свиньи. Но как дети Божьи, нас каждый день заливает грязью этого мира: наши мотивы, наше сердце, наш разум, наш язык.

Мы согрешаем, чаще или реже, но согрешаем. Об этом много пишет Иоанн в своем Первом Послании: почему согрешаем, что делать после согрешения, как удерживаться от греха, и т. д. И до самой своей смерти мы будем согрешать, если не в поступках, то в словах, если не в словах, то в мотивах, если не в мотивах, то в мыслях, если не в осознанных, то в неосознанных. Кто из нас может с уверенностью заявить, что прожил день, лег спать, и констатировал факт, что ни разу не согрешил ни в чем? Что прожил день чисто, свято и праведно во всем? Кто из нас может сказать Христу поздним вечером, лежа с молитвой на своей постели, что "даже в самых своих сокровенных мыслях, Господь, я не согрешил сегодня против Тебя"? Кто из нас может сказать, что в процессе работы над собой в течение сегодняшнего дня достиг удовлетворительных для Христа, а не для себя, успехов в своей святости, чистоте и праведности?

Я не могу этого сказать. Если бы я это сказал, это было бы богохульство. Поэтому я не хочу быть святым, чистым и праведным по Закону. Именно эта, так называемая, святость, чистота и праведность по Закону, но без отношений с Законодателем, искала убить Христа, арестовала Его в Гефсиманском саду, пытала Его в претории, издевалась над Ним по дороге на Голгофу, распинала на Кресте и насмехалась, когда Он с воплем спрашивал Своего Отца, зачем Тот оставил Его, не поверила в Его воскресение и заплатила, как Иуде, охране, чтобы она говорила ложь о Его воскресении, гнала Его Церковь, убила Стефана и Иакова, а позже и многих других...

Я знаю, я уверен и я осознаю, что абсолютно ничего и никогда на Земле не помыслю, не скажу и не сделаю идеально -- абсолютно свято, абсолютно чисто и абсолютно праведно, как бы к этому ни стремился. Не смогу, потому что живу все в том же падшем и греховном мире, в мире, который затоплен водами и грязью греха.

Но в этом мире, как Его дитя, я уповаю на Него, на Его святость, чистоту и праведность. Я твердо надеюсь, я жду с уверенностью, я чаю, я не смущаюсь, я ожидаю осуществления, я всецело полагаюсь, я вверяю себя Ему. В этом мире, как Его дитя, я страстно стремлюсь, чтобы снова и снова переживать осознание того, что Он вменяет мне Свою святость, чистоту и праведность. Он приписывает их мне, Он распространяет их на меня, Он в Своих глазах признает меня святым, чистым и праведным. Не потому что я уже такой фактически, а потому что Он такой, Тот, Который облекает меня в Свою святость, чистоту и праведность. Он опоясывает меня, окружает, одевает, окутывает, охватывает, покрывает меня Своей святостью, чистотой и праведностью.

Они принадлежат Ему, как Источнику. Я становлюсь их совладельцем с Ним, потому что именно Он хочет разделить со мною Свою святость, чистоту и праведность. Я не могу обладать ими сам, без Него. Я не могу быть их источником, потому что я оставил их в Эдемском саду, оставив Его. Но Он предлагает Свою святость, чистоту и праведность мне, потому что хочет, чтобы моя человечность раскрылась полностью так, каким Он меня сотворил и как Он хочет действовать через меня.

Он желает преображать меня все больше и больше в Свой характер, чтобы я все чаще мыслил о мире и другом, как Он, все чаще испытывал те же мотивы, что и Он, все чаще говорил миру и другому о Его любви, все чаще поступал в этом мире, как Он. Он любящий Отец, Который бежит навстречу блудному сыну, не упрекая его, но празднуя вместе с ним его возвращение, и даря ему свою одежду. Даря одежду, которая пропитана запахом такого родного и забытого дома...

Уповая на Его вменяемую святость, чистоту и праведность, сбрасывая с себя свою святость, чистоту и праведность, и одеваясь в Его святость, чистоту и праведность, я выбираю мыслить и творить, даже с ошибками. Я не хочу пребывать в состоянии безмыслия и безделия, лишь бы не ошибиться и не согрешить.

Мысля и творя, даже с ошибками, я свят, чист и праведен в Его глазах не потому, что освятился, очистился и оправдался своими мыслями, словами, мотивами и поступками. Но исключительно потому, что Он обнял меня Своею святостью, чистотой и праведностью. Он воспитывает меня, как Своего сына, чтобы все более и более преображать в Свой образ и подобие, чтобы все больше и больше жить во мне и через меня для славы Своего имени, а не моего, чтобы все больше и шире именно Его святость, Его чистота, Его праведность благоухала во мне и через меня, а не моя вонючая, как болото, и мертвая, как фарисейская.

Именно поэтому я жажду быть одетым в Его святость, чистоту и праведность. Ибо без Него они несут дыхание смерти, а не жизни, отблеск мрака, а не света, они убивают, а не воскрешают, они вгоняют в самоубийственную депрессию, а не мотивируют к жизнерадостности.

Святость без Христа – это вершина и кульминация вопиющего недоказуемого на земле лицемерия. Чистота без Христа – это пустой безжизненный гроб с давно сгнившими и высохшими костями. Праведность без Христа – убийственна в своем высокомерии и гордыне… Вот почему я вместе с Савлом стремлюсь «найтись в Нем не со своею праведностью, которая от закона, но с тою, которая через веру во Христа, с праведностью от Бога по вере» (Фил 3:9)…. Молимся. Солим. Светим…
--
5 апреля 2015