Страницы

Wednesday, June 4, 2014

Из дневника Агари... "Не хочу видеть смерти отрока…"

Я хочу плакать, но не могу, нет сил. От жажды мое горло опухло, сквозь пересохшие голосовые связки прорывается только хрип. Рот, язык и губы сделались сухими. Болит голова, ломит спину, отекли ноги. Сердце стучит так, что кажется, вот-вот вырвется из груди на свободу от страданий и жажды. Моя кожа сухая и горячая, местами потрескалась под действием палящих лучей солнца…

На расстоянии нескольких десятков метров от меня умирает от жажды мой единственный сын Измаил, мой любимый сыночек, подросточек… Может быть, это всего лишь чудовищный ночной кошмар, который вот-вот закончится, если проснусь? Нет, это реальность пустыни. Стоны Измаила, моего сыночка, становятся все тише и тише. Он зовет меня и просит воды... Не могу смотреть, как жизнь уходит из его юного тельца...

Как же я здесь оказалась? Моя память оставляет меня вместе с последними жизненными силами... Вспомнила... Мой сын начал насмехаться над сыном госпожи — Исааком, своим сводным братом. Ведь Измаил тоже был сыном господина, но не наследником…

Госпожа невзлюбила меня еще тогда, больше десяти лет тому назад. Да, я сама виновата в том, что начала презирать ее за бесплодие, ведь она никак не могла забеременеть. Но, в конце концов, не я же приказала госпоже, чтобы ее муж провел ночь в моем шатре, и чтобы от меня родился моему господину сын…

Измаил, я не слышу твоих стонов, только хриплый вдох и выдох... вдох и выдох... Да, забеременев, я вынуждена была бежать: я презирала госпожу, но ведь она притесняла меня... как только могла… Я помню. Я не забыла. Я уже была в пустыне. Обессиленная и в полусознательном состоянии я лежала у колодца рядом с дорогой на Сур. Безмерно тяжело беременной женщине идти по раскаленному песку, изнывая от солнечного зноя и жажды, переставляя отекшие, как колоды, ноги…

Тогда, у колодца, мне явился ангел и велел вернуться к госпоже, подчиниться ей. Он также сказал, что у меня родится сын, которого мне следует назвать Измаилом, потому что Господь услышал мое страдание. Там, усталая и изможденная, я нарекла Его — "Ты Бог, видящий меня; я видела здесь в след видящего меня". Я вернулась. Я подчинилась не столько госпоже, сколько Тебе. И Ты действительно все эти годы присматривал за мной и за моим сыном Измаилом. И от этого мне было легче переносить притеснения моей госпожи, потому что я ни на миг не забывала, что Ты Бог, видящий меня.

А сейчас я снова в пустыне. Нет, я не убежала от госпожи. В этот раз госпожа меня выгнала сама. Выгнала за то, что Измаил насмехался над Исааком. А мне кажется, что эти насмешки были лишь поводом к изгнанию, ведь на самом деле госпожа не хотела, чтобы Измаил претендовал на наследство. Может быть, все даже еще намного сложнее. Но какая теперь разница, когда мой сыночек и я умираем без воды? Он снова застонал. Значит, жизнь еще не оставила его...

Ведь Ты и сейчас все знаешь и видишь. А я не знаю и не вижу. Сейчас я ничего не хочу знать и не хочу видеть, как мой сынок умирает. Хочу только, чтобы остался жив мой единственный любимый сын, мой Измаил… Господин, провожая меня, сквозь слезы — о, как он любил Измаила, сколь многому его научил! — сказал, что Ты велел ему послушаться слов госпожи и отправить меня через пустыню. Он также сказал мне, что Ты обещал ему, как и мне, произвести от Измаила великий народ, потому что он тоже, как и Исаак, — сын господина, которого Ты назвал Своим другом…

Вода и хлеб очень быстро закончились. К тому же, мы заблудились в пустыне. Что может быть ужасней, когда осознаешь, что ты потерял путь в песках пустыни, без воды, без хлеба, и у тебя нет сил двигаться дальше по раскаленному песку под знойными лучами солнца? Мы не смогли найти дорогу и не смогли найти колодец, возле которого думали остановиться на ночлег…. Я оставила своего сына вон там, под небольшим кустом, где есть хоть немного тени. Не хочу видеть и слышать, как он стонет, все тише и тише, и медленно умирает от жажды…

Ведь Ты же обещал и мне, и господину, что от Измаила произойдет великий народ! Он умирает! Ты же Бог видящий меня! Что будет с моим сыном? Его стон и просьба о воде слышится все реже. Я снова ничего не слышу... Мне показалось, что кто-то заговорил? Я ухожу? Не слышу стонов сына... Я ухожу...

"Что с тобою, Агарь? Не бойся! Он услышал голос твоего сыночка, где он находится. Встань, подними его, возьми его за руку, ибо Я произведу от него великий народ!"

"И Бог открыл глаза ее, и она увидела колодезь с водою, и пошла, наполнила мех водою и напоила отрока. И Бог был с отроком" (Быт 21:17-20)